Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Посёлок Чанчур, Качугский район

Чанчур — самый ближний населённый пункт к истоку реки Лены. Сейчас там всего несколько жителей. До бывшей эвенкийской деревни удалось добраться нашей съёмочной группе. Кому установлен памятник в чистом посёлке — смотрите в совместном проекте «Вести-Иркутск» и правительства Иркутской области «Он один такой».

— Русский человек всегда искал волю, уходил, уходил, но его догоняли. Опять облаживали, он опять уходил. Стремление русского человека быть независимым, вот и способствовало движению, поэтому он пешком всю Сибирь прошёл, через море перешёл, на Аляску даже.
— Какая вода то здесь?
— Чистая, эвенки зря не дают названия.
— Вот у них все названия имеют смысл. Вот, например, тут недалеко есть река Чинонга. Это вода, цвет оленьей мочи переводится.
— А Чанчур?
— А Чанчур это чистая вода переводится.

За волей и чистой водой 40 лет назад Владимир Трапезников приехал из города в Чанчур — самую крайнюю к истоку реки Лены деревню. Тогда здесь ещё жили улицами, с детьми, были клуб и начальная школа. А вокруг, как и сейчас, тайга:

 Владимир Петрович, поняги от эвенков?
— Да, это ихнее изобретение. Но раньше они были из таких дуг, из прутьев, но мы современные придумали, фанера. Поняга спину сохраняет. тут рога можно, мясо носить, что угодно, потому что спина-то цела. Был у меня поляк, у него современный рюкзак, когда переносить, ну на фиг, я в свою понягу всё увязал взял и перенёс.

Главный механик иркутского завода радиоприёмников стал в Чанчуре сначала охотником, затем защитником леса. Он проработал в Байкало-Ленском заповеднике с самого его образования 29 лет.

Голубица около Чанчура созревает в конце июля, но и сейчас в сентябре её много. Человек эту ягоду не собирает. Она достаётся медведю и птицам.

Первопроходцы на Байкал шли по Лене. Неизвестно, кто первым из казаков увидел озеро, но описал его и составил чертёж Курбат Иванов. В 1643 году. Прочитав об этом, Трапезников поставил казаку памятник.

— Он был смелый, гордый. Говорят, по-божьему гордыня — грех. Но в природе, в жизни гордость, смелость была свойственна казакам. Ибо они мало кому подчинялись, — говорит житель посёлка Чанчур Владимир Трапезников.

Чанчур был местом ярмарки у эвенков. Здесь меняли пушнину, омуль, мясо нерпы на хлеб и соль. Позже было плотбище, строили карбаза. И северной лодке, которая кормила приленский народ, Трапезников мечтает поставить следующий памятник:

 Лейся звон державный от колоколов чанчурских.
— Музыканты мне говорят, Владимир, это соль, это ми, это колокол, отлитый по нотам.

Сейчас Владимир Петрович работает смотрителем музея. И это отдельная история:

 Здесь стоит дом самый древний дом в Чанчуре, хозяин это сказал, в нём родился Герой Советского Союза, лётчик-испытатель Тюрюмин, установивший 43 мировых рекорда. Когда я его приобрёл в 1978 году, он был крыт старинной дранкой, завалинки были мощные, некорыстный был и стал в нём жить. А потом узнал, сам герой приехал и когда мы с ним поближе познакомились, он говорит: я Герой Советского Союза. Я даже был обалделый, что в такой глуши родился такой человек. Пришёл к идее, надо создать здесь музей. Хотя бы память о нём и понеслась. Заменил венцы, сделал ремонт, это ему всё сообщил. Он прислал мне фотографии, костюм лётный.

До Чанчура от цивилизации 5 часов летом на лодке и несколько часов по тайге зимой. Несмотря на удалённость, в музее в этом году побывало уже 200 человек:

— Книга отзывов.

Он не только создал в тайге музей, он подарил его государству. И дом, и экспонаты, и землю. И теперь здесь, на слиянии Лены и Чанчура, филиал областного Краеведческого музея. Писатель Валерий Хайрюзов видел Чанчур в молодости с воздуха. Он летал на Ан-2 командиром, сбрасывал парашютистов во время пожаров. Сам приземлился в Чанчуре впервые:

 Люди тянутся к тому, чего им не хватает в городе. Там много асфальта, железа и нет души. Здесь есть душа. Здесь есть природа, она всегда согревала человека, — говорит писатель Валерий Хайрюзов.

Бывшая эвенкийская деревня в конце 20 века опустела, кроме инспектора заповедника и водомера здесь никто постоянно не жил. Сейчас лесные участки вокруг разобрали охотники, в основном из Иркутска. Построили дома. Добираются они на быстроходных лодках и вертолётах. И всё-таки в Чанчуре стоит тишина.

Владимиру Петровичу 77 лет. В городе благоустроенная квартира. Жена, сыновья и внуки. Он приезжает к ним в гости. Дом его здесь, в Чанчуре.

Авторизуйтесь на сайте, чтобы написать комментарий.

Google